ddd
Цена закона
КИРИЛЛ ТЕЛИН
как меняется финансирование главных слуг народа
Сколько стоит закон? Многие считают этот вопрос риторическим, но ведь, если подумать, у государственных решений есть вполне определенная цена – на финансирование конкретных учреждений выделяются не менее конкретные суммы. «Новая Республика» пытается разобраться, во сколько обходится российскому обществу работа Государственной Думы - и каждый из рассматриваемый ею законопроектов.
Вообще говоря, жители России неплохо разбираются в работе собственного парламента. Они знают, что там есть Милонов. Они знают, что там есть Слуцкий. Толстой с его «Боярышником» и «чертой оседлости». Яровая с «пакетами». Поклонская с мироточащим бюстом. Делимханов с золотым пистолетом в неизвестном месте. Иными словами, интуиция россиян, буквально нутром чувствующих, что к чему, нередко оказывается полезнее экспертных мнений а-ля «единуюроссиюподдерживаетпутинскоебольшинство». Как якобы говорил Авраам Линкольн, можно недолго обманывать всех, можно долго обманывать немногих, но невозможно постоянно дурачить всех разом, - и даже седьмому созыву Государственной Думы доверяет всего лишь 43% россиян. Все прочие, видимо, уже разуверились в иллюзии представительства.

При этом динамика номинальных расходов государства на финансирование далеко не самого популярного своего института способна шокировать: если весь период работы III созыва Государственной Думы (2000-2003 гг.) обошелся бюджету в 7,57 млрд рублей, то VI созыв (2011-2016) «стоил» стране уже 35,8 млрд – т.е. почти в пять раз больше. Да, можно указать на изменившуюся продолжительность созывов (в 2008 году Дмитрий Медведев увеличил срок полномочий президента РФ с 4 до 6 лет, а Государственной Думы – с 4 до 5 лет) или резко увеличившийся объем рассматриваемых законопроектов (об этом чуть позже), однако объяснить столь резкий рост расходов можно и нужно другим, почти универсальным для современной России способом – инфляцией.

Если перевести затраты на Государственную Думу в постоянные цены (допустим, зафиксированные на уровне 2000 г.), то выяснится, что рост их был все-таки не столь значителен – в рублях-2000 III созыв стоил 5,955 млрд., а VI созыв – 8,765 млрд. Увеличившийся на 47% бюджет – это, конечно, тоже радость для любого депутата, но все-таки не такая новость, которая заставляет переживать за бесцельно потраченные деньги.
Интересно посмотреть и на то, сколько законопроектов в течение созыва успевают рассмотреть и принять российские парламентарии. Здесь поневоле придется заметить, что III и IV созывы Государственной Думы были не слишком суетливы: подопечные Геннадия Селезнева успели рассмотреть 4323 законопроекта и принять всего 781 (18,6% от общего объема), а первый «грызловский» состав – 4808 и 1087 (22,6%) соответственно. Пятый созыв (2007-2011) уже вызывал беспокойство, приняв почти столько же законов, сколько два предыдущих созыва вместе взятые (1607), но в сравнении с блестящими показатели знаменитого VI созыва, прозванного «бешеным принтером», эти сомнительные достижения блекнут. За отрезок 2011-2016 гг. депутаты ГД РФ рассмотрели 7129 законопроектов (т.е. на 62% больше, чем предыдущий созыв) и приняли 2200 из них (на 37% больше V созыва и почти в три раза больше, чем III созыв).
При этом условная «цена» одного законопроекта – как рассмотренного, так и принятого – была величиной в высшей степени непостоянной: при том, что номинальные расходы в силу тех же инфляционных причин постоянно росли, реальные значения (данные в ценах 2000 г.) такой динамики не показывали.
Номинально цена каждого рассмотренного проекта выросла с 1,75 млн. рублей для III созыва до 5,02 млн. у созыва VI-го; каждый принятый закон обходился в 9,69 млн. рублей в 1999-2003 гг. и почти в 16,3 млн. в 2011-2016. В реальном же измерении картина совершенно иная: за прошедшие годы снизилась как «цена» каждого принятого, так и «цена» каждого рассмотренного проекта: в первом случае затраты снизились почти вдвое (с 7,62 млн. рублей-2000 до 3,98 млн.), во втором – с 1,37 млн. рублей 2000 года до 1,22 млн.

Таким образом, вполне можно утверждать, что в аспекте своей законотворческой деятельности депутаты скорее стали экономнее, нежели наоборот, - жаль только, что эффективность и качество работы парламента измеряется скорее другими вещами, чем простым уменьшением удельных затрат. Недостаток доверия со стороны россиян объясняется не только показным потреблением в стиле эффекта Веблена, но и политической несамостоятельностью депутатов, непрозрачной выработкой законов и, в целом, сохраняющейся любовью ряда парламентариев к полубезумным или попросту глупым инициативам. И никакие деньги мира, равно как и любая экономия, не изменят этой ситуации.

Как говорится, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.




Анализ данных и интерактивная визуализация подготовлены компанией Indadata