ddd
От позора к войне
Как европейские державы предали Чехословакию
Вероятно, самым известным прецедентом, когда мирные договоренности не стоили ни бумаги, на которой они были написаны, ни времени, которое было на них потрачено, является Мюнхенское соглашение 1938 года, связанное с надеждами европейских политиков на «усмирение» немецкого нацизма удовлетворением требований Адольфа Гитлера и лидера Судето-немецкой партии Чехославакии Конрада Генлайна.

Последние настаивали на исключении Судетской области (населенной, в основном, этническими немцами) из состава Чехословакии и передаче её Германии – в соответствии, так сказать, с «правом наций на самоопределение». Несмотря на то, что Чехословакия имела прочные дипломатические отношения со своими соседями, а с Францией и СССР заключала даже договоры о взаимопомощи (в 1924 и 1935 гг. соответственно), ее суверенитет был напрямую нарушен английскими и французскими дипломатами: уже 19 сентября власти двух стран, обеспокоенные перспективой новой большой войны с усилившейся Германией, фактически выдвинули Чехословакии ультиматум с «предложением» передать Гитлеру Судетскую область. Попытки СССР помешать аннексии (21 сентября по инициативе СССР помощь Чехословакии обсуждалась в Лиге Наций, а войска Киевского и Белорусского военных округов были приведены в боевую готовность) встретили сопротивление не только великих держав, но также Польши и Румынии (за что, в частности, румынский король Кароль II получил благодарность Франции за «ценный вклад в мирную акцию великих держав»). Фактически, Чехословакию предали почти все бывшие союзники, - а те, кто не сделал этого, оказался связан по рукам и ногам все тем же «Мюнхенским сговором» 29 сентября 1938, за которым последовали англо-германская декларация о консультациях и ненападении (30 сентября) и франко-германская декларация «о мирных и добрососедских отношениях» (6 декабря). К чему это привело, напоминать, пожалуй, не стоит – ни одно обещание британского премьера Невилла Чемберлена, утверждавшего, что из Мюнхена он «привез мир целому поколению», мягко говоря, не сбылось.